среда, 15 февраля 2017 г.

Патерсон, 23. Не рецензия (статья) на фильм «Патерсон»

Будучи ребенком, ты узнаешь, что есть три измерения:
Высота, ширина и глубина,
Как у обувной коробки.
Позже ты слышишь, что есть четвертое измерение -
Время.
Хм
Потом кто-то говорит, что может быть пятое, шестое, седьмое...

Закончился рабочий день,
Взял пиво в баре.
Я смотрю на стакан и радуюсь.
                                                                      Патерсон


Джим Джармуш – культовый режиссер американского независимого кино. После триумфального успеха «Более странно, чем в раю» Джим в одночасье превратился в известного и востребованного художника. Ему часто звонили с предложениями работы на тех или иных картинах в Голливуде, но он всегда их отвергал. «Если бы у меня был продюсер, который говорил бы, что нужно пригласить этих и этих звезд, обязательно взять вот эту тему Яна Хаммера, а «когда закончите снимать, мы все смонтируем сами, так что езжайте в отпуск и ни о чем не волнуйтесь», мне пришлось коротать остаток своих дней в тюрьме, потому что я бы точно кого-нибудь застрелил», - так прокомментировал свою позицию Джармуш в интервью Люку Санте в 1989 году. Тихий бунтарь, двигающийся вне системы и против течения, но всегда умудряющийся остаться на плаву. Таковы и герои ранних фильмов Джармуша. Аутсайдеры, не способные по разным причинам вписаться в систему. Будь то Пес-призрак, афроамериканец живущий по самурайскому кодексу чести, или парочка эстетствующих вампиров, или городской житель, приехавший на самый край Дикого Запада в поисках выгодного места работы. Другая особенность джармушевского фильма – это движение. Так престарелый «Дон-Жуан» ищет женщину, которая родила ему сына 20 лет назад в «Сломанных цветах». Никто тащит Уильяма Блэйка к «месту, откуда приходят и куда возвращаются все духи». А в «Ночи на земле»  весь фильм – это поездка на такси в разных городах мира.
www.kinopoisk.ru
Поэзия – обязательная составная часть всего творчества Джима Джармуша. Так, в «Отпуске без конца» Алли (Крис Паркер) зачитывается произведениями графа Лотреамонта.  В его третьей картине «Вне закона» герой, которого играет Роберто Бениньи, часто цитирует Роберта Фроста. В «Мертвеце» героя зовут Уильям Блэйк, а Никто частенько цитирует Блэйка (поэта). «Поэты для меня пророки, которые всегда стоят вне закона», - сказал Джармуш в интервью, которое он дал Джеффу Эндрю в 1999 году. Да и себя режиссер определяет как поэта, но исключительно в малой форме: «Я себя классифицирую как второстепенного поэта, который пишет небольшие стихотворения».
И вот спустя 37 лет, в течение которых Джармуш снял 19 картин, начиная с фильмов об аутсайдерах («Отпуск без конца» и «Более странно, чем в раю») и заканчивая язвительной критикой современных тенденций («Пределы контроля» и «Выживут только любовники»), Джармуш приходит, возможно, к самой личной работе, где поэзия не составная часть, но центр. Ключевой сгусток мировоззрения, где авторский стиль, форма и содержание нашли свое логическое и естественное равновесие – «Патерсон».
В центре сюжета 7 дней из жизни водителя автобуса по имени Патерсон, живущего в городке Патерсон, штат Нью-Джерси. Живет он со своей женой Лорой и псом Марвином. Каждый день начинается с внутреннего будильника героя, взгляда на простенькие наручные часы, лежащие на столике, завтрака, пешей прогулки до депо, где он садится в свой родной старенький автобус и колесит по маршруту № 23. После смены он возвращается домой, ужинает, идет на прогулку с Марвином, с обязательным, практически ритуальным заходом в бар пропустить пинту. И эти, с первого взгляда, рутинные действия происходят раз за разом. Казалось бы, зачем нам, зрителям, наблюдать за бытом водителя автобуса? Дело все в том, что Патерсон поэт, но об этом знает только Лора. В свободное время, вдохновившись окружающей действительностью, будь то коробок спичек или случайно услышанный диалог пассажиров, он записывает свои стихи в маленький блокнот, всецело погружаясь в свое вдохновение. Рождение стиха – особое состояние, которое Джармуш показывает как нечто сакрально-мистическое: двойные экспозиции, завораживающая тягучая музыка и басистый отчетливый голос, дублирующий возникающий прописными буквами на экране текст новоявленного творения. И абсолютно неважно место, где это происходит. Будь то подвал, водительское место или скамейка недалеко от водопада – единственной местной достопримечательности. Лора противопоставляется Патерсону. Дни напролет она сидит дома и творит. То она художник, специализирующаяся на портретах Марвина, то дизайнер интерьеров, разрисовывающая шторы черно-белыми кругами, то конструктор одежды, с преобладанием все тех же черно-белых кругов, то запускает бизнес по продаже капкейков и, наконец, пытается стать звездой кантри, покупая через Интернет гитару с уроками игры на диске. Она активная и с рьяным оптимизмом хватается за все подряд. Патерсон же, наоборот. Тихий и замкнутый. Он молча записывает свои стихи в блокнот, водит автобус и выпивает пиво. И на призыв Лоры опубликовать свои произведения, потому что люди должны знать его прекрасную поэзию, лишь коротко отшучивается: «Ты что? Хочешь меня напугать?». Но все-таки они по-настоящему любят, потому что готовы принять друг друга такими, какие они и есть.
www.cinemadness.ru
Любимый поэт Патерсона – Уильям Карлос Уильямс, который родился в штате Нью-Джерси. В своих произведениях он обращался к частной повседневной жизни, памятником которой стала эпическая поэма «Патерсон». Сам Уильямс в повседневности был простым врачом, как наш герой - водитель автобуса. Да и так же, как упомянутая в диалоге Патерсона с маленькой девочкой, которая тоже пишет стихи в свой тайный блокнот, поэтесса Эмили Дикинсон, слава к которой пришла уже после смерти. «Многие поэты не получают общественного признания; они пишут не ради денег. Уильям Блэйк, например, - только его первая книга стихов была опубликована официально. Всю оставшуюся жизнь он сам издавал свои книги, и все это время никто не интересовался его творчеством. В похожей ситуации находятся очень многие поэты» - так говорил Джармуш в том же интервью 1999 года.
 Словно Уильямс, Джармуш обращается к повседневности, находя в ней интересное, скрытое в деталях. В коротких диалогах, слушать которые увлекательно, будь то школьники, обсуждающие боксера Рубина Урагана Картера, который «так похож на Дензела Вашингтона», или пара местных мужиков, обсуждающие свои любовные похождения, или бармен, собирающий «стену славы», знаменитых людей города Патерсон, и играющий в шахматы сам с собой, или страдающий от неразделенной любви актер, или рэпер  в исполнении Method Man из Wu-Tang Clan, упражняющийся в читке под аккомпанемент звуков вращающегося барабана стиральной машины в прачечной.

www.cinemadness.ru
Все эти сцены словно разрозненная мозаика, складывающаяся вокруг Патерсона, обусловленная  самим методом Джармуша: «Когда я пишу сценарий, я сначала делаю заметки, а когда их накапливается очень много, сажусь и составляю из них сценарий» (интервью 1994 года в рамках ретроспективы Джармуша). Но без всей этой увлекательной рутины и калейдоскопа, с первого взгляда, малозначительных сцен не возможен тот эффект, который происходит в финале. В кадре появляется японский поэт в исполнении Масатоси Нагасэ и ставит все на свои места. Снова звучит музыка, и снова двойные экспозиции, и снова проникновенный голос за кадром, и снова строчки, слагающиеся в рифмы, которыми, надо сказать, пронизан и «Патерсон» Джима Джармуша – толи город, толи фильм.

5 из 5

Комментариев нет:

Отправить комментарий